В первые годы практики клиентов немного, вопросов много, а спросить чаще всего не у кого. Каждый случай выглядит исключительным, каждая заминка — доказательством, что вы что-то делаете не так.
Разбираем реальные случаи: что происходит в контакте с клиентом, что происходит с вами рядом с ним и что из этого можно сделать на следующей сессии.
Собираю закрытую группу из шести человек. Онлайн, на русском языке.
Терапевт коротко даёт контекст и формулирует, с чем хочет разобраться. Историю клиента целиком пересказывать не нужно — только то, что держит рабочий вопрос.
Группа задаёт вопросы, чтобы понять ситуацию. Интерпретации и советы на этом шаге придерживаем.
Основная часть. Феноменологическое исследование, работа с контрпереносом, ролевая проба, эксперимент — формат выбираем вместе с тем, кто принёс случай.
Участники говорят о своих реакциях: что откликнулось, что заметили, какие чувства поднялись рядом с этим случаем. Такой отклик обычно оказывается полезнее советов.
Терапевт говорит, с чем уходит. Я собираю акценты и закрываю работу.
Терапевт замечает, что после сессий с одной клиенткой остаётся раздражение. На встрече он держит лицо, после — стыдится того, что вообще злится на клиента.
Мы смотрим, в какой момент сессии появляется злость, на что она направлена и что в это время происходит между ними двумя. Иногда выясняется, что злость указывает на что-то в самом контакте: нарушенный контракт, обесценивание работы, роль, в которой терапевту тесно.
Задача разбора — вернуть терапевту способность различать своё, клиентское и то, что возникает между ними. Что делать на следующей сессии, он решает сам.
Пример собирательный. Он не описывает конкретного клиента и конкретного участника.
За цикл вы побываете в каждой из трёх, иногда во всех за одну встречу. Все три рабочие, в каждой своя ответственность.
Запрос готовится заранее. Формулировка «застреваю с клиенткой Н., потому что начинаю обходить темы про её мать» даёт разбору направление. «Расскажу про клиентку Н.» оставляет группу гадать.
Разбор может уйти не туда, куда вы планировали.
Вопросы по существу запроса. Простое правило: помогает вопрос терапевту яснее увидеть свою работу — задавайте; удовлетворяет он ваш интерес к биографии клиента — придержите.
В фазе отклика говорите от себя и про себя: про свои реакции и ассоциации.
Пассивного наблюдения в супервизии не бывает. Молча присутствуя на чужом разборе, вы всё равно в работе: замечаете свои реакции, узнаёте собственные ходы в работе коллеги, набираете материал для своей практики.
Помогаю сформулировать запрос, удерживаю рамку и время, возвращаю разговор к работе терапевта и к контакту с клиентом. Предлагаю гипотезы, эксперименты и возможные направления работы. Единственного правильного решения не выдаю.
Если вижу риск для клиента, нарушение контракта или этическую проблему, называю это прямо. Останавливаю обсуждение, когда оно превращается в оценивание, диагностику коллеги или непрошеное обучение.
Психолог и гештальт-терапевт, в частной практике с 2017 года. Аккредитован Европейской ассоциацией гештальт-терапии (EAGT). Веду индивидуальную и парную терапию, с 2019 года — обучающие группы и тренинги.
Супервизию веду с 2024 года.
Сейчас завершаю программу подготовки супервизоров в Tbilisi Gestalt Institute и регулярно выношу свою супервизорскую работу на гипервизию. Продолжаю личную терапию.
На момент старта группы моя подготовка формально ещё не будет завершена, поэтому встречи этого цикла я не подтверждаю как зачётные часы EAGT.
Группу я собираю для первых лет практики. На этом отрезке у терапевта другой круг вопросов — про контакт, про собственные реакции, про то, что вообще считать материалом. Рамка под такие вопросы строится иначе, чем в группе, где разбирают многолетние случаи.
Двадцать минут по видео, бесплатно. Я расспрошу про вашу практику и про то, чего вы ждёте от супервизии. Вы посмотрите на меня и решите, подходит ли формат. Это сверка, а не экзамен.
Шесть участников. Состав собирается до старта и после первой встречи не меняется. Если кто-то уходит, замену в течение цикла я не ищу.
Двенадцать встреч с сентября по март. За цикл каждый участник берёт фокус четыре раза. Очерёдность публикуется на старте.
После встречи 7 декабря — зимний перерыв. Следующая встреча состоится 11 января. Время всегда 18:00–21:00 по Тбилиси. Если в вашей стране переводят часы, местное время внутри цикла сдвинется — проверьте это заранее.
Участие оплачивается блоками по четыре встречи — 120 € перед началом каждого блока.
Внутри оплаченного блока пропуски не пересчитываются: состав закрытой группы остаётся постоянным, и ваше место сохраняется за вами независимо от того, пришли вы на конкретную встречу.
Если вы решите прекратить участие, оплаченный блок не возвращается, следующие блоки не оплачиваются. О своём решении важно сказать на встрече.
Если встречу отменяю я, она переносится на согласованную дату. Когда перенос невозможен, стоимость встречи возвращается или учитывается в следующем платеже.
Встречи этого цикла я не подтверждаю как зачётные часы EAGT: моя супервизорская подготовка к старту группы формально ещё не будет завершена. Если вам нужны именно зачётные часы, эта группа их не даст.
Супервизия помогает рассмотреть ситуацию и возможные действия. Ответственность за клинические решения и за соблюдение требований своей профессии остаётся у терапевта.
Группа не заменяет экстренную индивидуальную супервизию. Если ситуация не может ждать плановой встречи, обращайтесь за срочной профессиональной, медицинской или юридической помощью — немедленный ответ между встречами я гарантировать не могу.
Случаи в переписке я не разбираю. Организационные вопросы — в общий чат или лично, клинические — на встрече. Полный документ с правилами и договор приходят перед первой встречей.
Да. Двух-трёх постоянных клиентов хватает, чтобы приносить случай четыре раза за цикл. Разбирать можно и одну сессию, и повторяющуюся заминку, и то, что происходит с вами рядом с конкретным клиентом.
Это одна из причин собирать группу именно из начинающих. Рядом с коллегой, у которого пятнадцать лет практики, показывать первые шаги действительно трудно. В группе, где все примерно на одном отрезке, страх опозориться работает слабее.
Задача разбора — рассмотреть вашу работу, а вынесение оценки вашей компетентности и поиск ошибки в задачи не входят. При этом мы прямо обсуждаем ваши решения, их последствия, этические риски и возможные альтернативы. Это делается по существу запроса, без стыда и унижения. Если вам покажется, что разговор ушёл в оценивание, скажите об этом прямо на встрече.
Приходите. Мой супервизорский взгляд будет гештальтистским: я смотрю на контакт между вами и клиентом, на ваши реакции и на то, что происходит в поле. Для терапевтов из других подходов это обычно добавляет угол зрения.
Если вам нужна супервизия строго внутри вашей модальности — эта группа не подойдёт.
Встречи этого цикла я не подтверждаю как зачётные часы EAGT: моя супервизорская подготовка к старту формально ещё не будет завершена.
Если вам нужны именно зачётные часы, ищите другую группу. Здесь вы получите практику разбора и коллегиальную опору.
За двенадцать встреч и полгода это почти неизбежно. Внутри оплаченного блока пропуски не пересчитываются: место в закрытой группе остаётся вашим.
Предупредите заранее, если знаете, что не сможете быть. Объяснений я не спрашиваю. Если ваш фокус выпадал на эту встречу, мы переставим очерёдность.
Если решите прекратить участие, оплаченный блок не возвращается, а следующие блоки вы не оплачиваете.
Очерёдность фиксируется на старте, поэтому такое случается редко. Если запланированный случай всё-таки отменяется, работаем с короткими запросами участников или с заранее подготовленной обезличенной учебной виньеткой.
По организационным поводам — да, отвечу в течение рабочего дня. Случаи в переписке я не разбираю: супервизия держится на контакте, паузе и реакциях группы, в тексте это теряется.
Группа не заменяет экстренную индивидуальную супервизию. Если ситуация не может ждать плановой встречи, обращайтесь за срочной профессиональной, медицинской или юридической помощью. Немедленный ответ между встречами я гарантировать не могу.
Напряжение к ведущему, к участникам или к формату — обычная часть групповой работы. Лучший адрес для него сама группа, и я отвечаю за то, чтобы такой разговор был безопасным.
Если говорить при всех сейчас невозможно, напишите мне отдельно. Найдём время обсудить.
Двадцать минут по видео. Я расспрошу про вашу практику и про то, чего вы ждёте от супервизии. Вы посмотрите на меня и решите, подходит ли вам этот формат. После разговора каждый из нас скажет, что думает.